Новая книга об Иоанне Арндте. Рецензия

Райхельт, Штефан, «Четыре книги об истинном христианстве» Иоганна Арндта в России - предвестники современного межкультурного диалога. Лейпциг, 2011

В светской художественной литературе зачастую встречаются примеры влияния западноевропейских писателей на русских или других восточнославянских авторов. Однако подобный феномен редко встречается в духовной или церковной литературе. Выдающимся примером такого исключения является немецкий протестантский писатель Иоганн Арндт (Johann Arndt).

Иоганн Арндт родился в 1555 г. в местечке Эддериц близ города Кетена в Саксонии-Анхальте, но свои детские годы он провел в Балленштедте - маленьком княжестве, где его отец был пастором и придворным проповедником. После изучения богословия в университетах городов Гельмштета, Виттенберга, Страсбурга и Базеля, он, следуя зову своего суверена, вернулся в Анхальт. Позже он был вынужден покинуть Анхальт, когда его князь принял реформированную форму протестантства (кальвинизм), приказал разрушить алтари и произведения исскуства в храмах и даже исключил экзорцизмы из чино-последования крещения. Жизненный путь повел глубоко верующего Арндта в Брауншвейг и Целле, где он и умер в 1621 году в возрасте 66 лет. Его книги «Об истинном христианстве» стали утешением для многих людей в время чумы и гражданских войн. Они были переведены на многие языки и много раз переиздавались - в Германии насчитывают 300 изданий, в Швеции - 30.

Штефану Райхельту принадлежит заслуга научного исследования, которым он почтил русские переводы произведений Иоганна Арндта. В своем труде «Четыре книги об истинном христианстве» Иоганна Арндта в России - предвестники современного межкультурного диалога Райхельт очень подробно исследует переводы, выявляя принципы и особенности перевода Симеона Тодорского, а также рассматривает влияние этих произведений протестантского автора в православной среде.

Основательный труд Райхельта является настоящим кладезем как для богословов, так и для филологов. На множестве цитат Райхельт показывает, как чрезвычайно искусный переводчик обрабатывал труд Арндта для православного читателя, не искажая при этом дух и смысл оригинала. Переводчик не боится просто-напросто опускать непонятные или неизвестные православному читателю вещи, такие как, например, намеки на Лютера и других реформаторов. Указания на авторов, которые вряд ли известны православному читателю, переводчик изменяет: «Об этом говорит Бонавентура...» он изменяет в «Один учитель говорит об этом» (356). С другой стороны, он часто приспосабливает понятия к православному восприятию, чтобы они не вызывали у православного читателя недоумения. Это привело к тому, что труды Иоганна Арндта несколько веков считались в России классическими произведениями духовной литературы, несмотря на то, что их распространение периодически запрещалось. В то время, как у Арндта, к примеру, стоит (Christus ist durch den Heiligen Geist im Glauben von Maria leiblich empfangen“) («Христос зачат Марией телесно в вере посредством Святого Духа») Тодорский переводит: «Христос, зачатый от Святого Духа в верной и пречистой Деве Марии» (321). Там, где Арндт говорит лишь о „Jungfrau Maria“ («Деве Марии»), у переводчика появляется «Пречистая Дева Мария» (330). Таким образом текст из типично протестантского превращается во вполне православный. Именно из-за таких деталей переводы часто оказываются неудачными или воспринимаются как нечто чужеродное. Там, где у протестантского автора стоит просто имя Христос, православный переводчик заменяет его словом «Спаситель» (322).

Зачастую переводчик расширяет понятия, которые в православном мире применяюся принципиально иначе, чем в протестантском. Так, он заменяет скупое немецкое выражение „die Jungfrau Maria“ (Дева Мария) на «Пречистая Дева Мария» (330), или „die Schrift“ (Писание) на «Священное Писание» (341). В других местах он, наоборот, упрощает оригинал - в то время как у Арндта стоит выразительное „wenn ein jeder Mensch aller Welt Sünde allein auf dem Halse hätte“ переводчик пишет: «если бы грехи всего мира были на ком-то» (350).

Во многих из таких мест встречается последовательное приспособление к православной терминологии. Однако переводчик идет гораздо дальше, заменяя столь важный элемент протестантского богослужения как проповедь «слышанием Евангелия, апостольских Посланий или пророчеств» (323). Здесь он отступает от оригинала, оставаясь по смыслу в теме, однако принципиально меняя изложение таким образом, что оно становится понятным православному читателю.

Совершенно свободно ведет себя переводчик, расширяя оригинал с помощью понятий, не существующих в оригинале, но более доступных православному читателю: „Hanget dein Herz nicht an der Welt, an Geiz, an Hoffart, ...“ заменяется на «Если твое сердце не прилепляется к миру сему, к скупости, к гордыни: если имеешь сердце чистое от всего этого...» (353). Общее понятие «христианство» расширяется выражением «Церковь Христова» (339). В то время как в оригинале стоит только цитата Ein Gott, ein Christus... (Един Господь, един Христос) (Еф 4, 5), у переводчика стоит: «Для всех правоверных един Господь...» (339). Арндт пишет в общих чертах: „Die Bekehrung kommt von oben herab“, однако переводчик изменяет это в весьма определенное: «Обращение не может быть совершено природой, оно совершается лишь Господом» (355).

Автор данного исследования Штефан Райхельт выявляет все это в деталях, с исключительной скурпулезностью. При этом у него кое-где вкрались незначительные ошибки. Слово «храмина», например, которое у Арндта называется «зданием» (Gebäude) и переводится иначе разве что понятием «горница», составитель неоправданно называет собором (351, также 47). В некоторых местах автор по незнанию некорректно передает названия в немецком языке, когда речь идет, к примеру о «епископе Амафунтского» („Bischof von Amafuntskij“, 456), при чем подразумевается святитель города Амафунта на Кипре, или о Антониевом монастыре, который на немецком языке должен бы называться „Antonius-Kloster“ вместо „Antoniev-Kloster“ СпасоНовгородский монастырь автор называет «Spaso-Novgorodskij-Kloster» вместо „Novgoroder Christus-Erlöser-Kloster“, что было бы гораздо более понятно немецкому читателю. Однако подобные редко встречающиеся места можно назвать незначительными изъянами, не наносящими ущерба замечательному труду Райхельта.

Вновь и вновь данная работа Райхельта убедительно свидетельствует о том, сколь велико было влияние и распространение трудов Арндта в России в XVIII-XX вв. В этом духе сам святитель Тихон Задонский пишет, что нужно «сначала святую Библию читать, с рассуждением разных Божиих дел, которые она тебе представит; и всегда, поутру и нощию, в ней поучаться, и Арндта прочитывать, а в прочие книги, как в гости прогуливаться» (461).

Несомненно, что немало трудов восточнославянских авторов испытывали впоследствии непосредственное влияние «Книг об истинном христианстве». В этом контексте было бы наверняка интересно проследить историю их влияния в восточнославянской области. Однако это выходит за рамки и без того уже объемного труда Штефана Райхельта, достойного уважения. Можно только пожелать, чтобы эта книга послужила поводом и побуждением к дальнейшим исследованиям.

Опубликовано: 12.12.2012
Обновлено: 11.05.2013