Д-р церковной истории Т.А. Богданова, о. Н. Вознесенский

III. В Благовещенской епархии
 
18 августа 1909 г. его перевели на должность кафедрального протоиерея при градо-Благовещенском соборе в г. Благовещенске. Накануне, 22 мая, епископом Приамурским и Благовещенским был назначен Евгений (Бережков, † 1922), сотоварищ о. Н. Вознесенского по МДА, бывший до этого епископом Сумским, викарием Харьковской епархии.
 
Более 10 лет служил о. Н. Вознесенский в Благовещенске. 23 сентября 1909 г. его назначили председателем Совета Благовещенского православного братства Пресвятыя Богородицы, основанного в 1886 г. епископом Камчатским Гурием (Буртасовским, † 5 января 1907) 23 и тогда же определили наблюдать за преподаванием Закона Божия в низших школах Министерства народного просвещения и исправляющим должность редактора «Благовещенских епархиальных ведомостей» 24. Утвержден же редактором он был определением Св. Синода от 4 февраля 1911 г. 25, однако в январе 1912 г. отказался от редакторства и был уволен от должности 11 января 1912 г. 26. «Благовещенские епархиальные ведомости» имели всего 120-130 подписчиков. Именно на страницах «Ведомостей» сохранились многочисленные упоминания о повседневных пастырских трудах будущего епископа Димитрия, трудах, как может показаться, малоприметных, но составлявших основное содержание земного бытия и смысл служения лучших представителей русского духовного сословия, трудах, являвшихся основанием благополучной все же христианской жизни их многочисленных пасомых…
 
18 ноября 1909 г. о. Н. Вознесенский назначается епархиальным цензором проповедей 27. Втом же году появляется большая статья о. Николая «Христианская благотворительность в условиях нашего времени», в которой автор немало места отводит рассмотрению недочетов «современной христианской благотворительности» и приходит к горестным выводам. Самый, на наш взгляд, неутешительный из них и самый созвучный времени сегодняшнему сформулирован автором так: «Подвиги добра обездушены и ослабли, начало христианской любви вылилось у нас в такие формы, что и не узнаешь»28. Позже, в тяжелых условиях беженской жизни в Китае о. Николай создаст очень разумно организованную систему помощи малоимущим на приходах, почти исключающую возможности растраты или лихоимства…
 
При его деятельном участии в помещении Никольской школы г. Благовещенска был организован ряд бесплатных чтений для интеллигенции по вопросам веры и жизни христианской. 14 февраля 1910 г. состоялась первая лекция о.Николая, открывшая эти чтения, - «Разбор трагедии Л. Андреева Анатэма с положительно-христианской точки зрения». Лекция была опубликована в «Благовещенских епархиальных ведомостях» (№ 3-7) и выпущена отдельным изданием иждивением местного потомственного почетного гражданина Вас. Анд. Левашева 29. Богословско-философские чтения устраивали во время Великого поста. В следующем году, 6 февраля, о. Н. Вознесенский читал лекцию на тему «Брак с христианской точки зрения» 30, в 1912 г. 11 марта - лекцию «Причины современного неверия», а 9 марта 1914 г. - лекцию «Смерть и воскресение». Причем каждое чтение сопровождалось исполнением различных духовных песнопений церковными хорами г. Благовещенска. Вмещавший 400 человек зал Никольской школы, где проходили чтения, бывал всякий раз переполнен, публика сидела и стояла как в самом зале, так и в соседних с ним комнатах и коридоре: «Интерес к таковым чтениям у благовещенской публики громадный. На лекциях обыкновенно встречаются и купцы, и мещане, и военные, и духовные, и простой рабочий люд. Во время чтений порядок был образцовый и поддерживался самой публикой, что свидетельствовало о том интересе, с которым слушались лекции» 31.
 
О. Николай Вознесенский входил в состав Совета Иоанно-Богословского Братства вспомоществования недостаточным воспитанникам Благовещенской Духовной Семинарии и соединенного с нею духовного училища.
В 1915 г. в «Благовещенских епархиальных ведомостях» печатались «Лекции по методике Закона Божия», читанные прот. Н. Ф. Вознесенским в 1913-1914 гг. в Благовещенске на курсах для учащих в церковноприходских и министерских школах 32. «При преподавании Закона Божия, - утверждал автор, - основным критерием должна у нас служить жизнь […] И только тот из нас распространяет вокруг себя лучи истинного и всеосвещающего, животворного и вечно всех согревающего света, кто берет их из христианства своей живой веры во Христа; только тот стоит прочно, для кого Закон Божий есть закон жизни» 33.
 
В послесловии к интересной статье «Важнейшие условия и правила церковной импровизации» 34, о. Николай Вознесенский замечал: «[…] едва ли не самое важное для истинного успеха импровизации - это как можно проще смотреть на это дело, не заноситься высоко, и бояться самой мысли о постановке своих бесед с точки зрения личного успеха. Пусть помнит каждый, что в обычных беседах чуть не всяк у нас всегда найдет две-три мысли, наблюдения, совета полезных, нужных, подходящих. Облюбуйте их, приспособьте к кафедре церковной и не мудря много, скажите от души. Ведь слушатели ваши- куда уступают вам в этой области. Пусть только они чувствуют, что Вы говорите от души, говорите, как что-то дорогое для самого Вас. Итогда внешние недочеты на 3/4 утратят свою цену» 35.
 
В «Благовещенских епархиальных ведомостях» опубликованы также и несколько его проповедей, в частности - «Слово, произнесенное в день Тезоименитства Его Императорского Высочества, Наследника Цесаревича и Великого Князя Алексея Николаевича (5 октября 1910г.)»36. В нем о. Николай так говорил о значении и сущности царской власти: «[…] не стараниями чьими либо, не голосом случайного большинства, а Божиею милостию, по преемству от предков, предстоит Ему власть над многими миллионами подданных разных племен и наречий, и от него будет зависеть - насколько лишь зависит это от человека - их жизнь и смерть, слава и поношения, их богатство и бедность, их радость и горе, их возвышение и улучшение. Ибо все те пути и начала, коими определяется общая наша жизнь и поведение, - и законы, и власть, и правосудие - в нем все это имеет первоисточник свой и опору. […]
Итак, не самозаконие и произвол, не безотчетные влечения и прихоти, а подчинение своей жизни и деятельности игу святого закона, проведение в них чистейших норм правды и любви - вот те безусловные, высшие начала и вместе те величайшие обязанности, кои принимаются на себя, для своего управления, нашими венценосными Монархами» 37.
 
В «Слове на день 19 февраля 1911 г. По случаю исполнившегося пятидесятилетия со дня освобождения крестьян от крепостной зависимости» 38, остановившись на истории освобождения крестьян, о. Вознесенский особо подчеркнул, что «в дни объявления той свободы 50 лет назад, народ и кротко, и степенно, и трезво принял ее» 39.
 
14 ноября 1910 г. в здании Государственной управы состоялось открытие Благовещенского общества трезвости. На учредительном собрании присутствовало около 60 человек, председателем общества избран был о. Николай Вознесенский 40. Члены общества (из числа членов причта кафедрального собора) вели собеседования и служили всенощные бдения в ночлежном доме, организованы были три столовые 41.
 
В январе 1912 г. был объявлен конкурс на составление эскизов проекта нового кафедрального собора, созидаемого в память избавления Благовещенска от китайцев в 1900 г. В специальном заявлении, подписанном о. Николаем, указывалось, что храм должен быть 3-х престольным, стиль предпочтительно византийский или русский, с обильным дневным освещением, около 150 кв. саженей, на 1800 человек, стоимостью не более 150-160 тысяч рублей 42.
В июне 1914 г. епископ Евгений (Бережков) был переведен в Костромскую епархию, а вместо него епископом Благовещенским был назначен преосвященный Евгений (Зернов, расстрелян 20 сентября 1937) 43.
 
Прощание с преосвященным Евгением (Бережковым), как и первое знакомство с ним в Благовещенском кафедральном соборе, началось 30 июля, - после торжественного богослужения с молебствием по случаю дня рождения Наследника Цесаревича. При прощании с епископом Евгением, которому поднесен был серебряный складень с местночтимым Албазинским образом Божией Матери, к владыке обратился с речью прот. Н. Вознесенский 44. Расставание было искренне волнующим, ибо сердечным человеческим вниманием к пастве и клиру епархии уходящий архипастырь сумел привлечь настоящую любовь к себе и «толпы молящихся в этот бедный, до крайности скромный храм, […] а в дни праздников великих даже у серьезных начальников являлось опасение, что стены собора не выдержат натиска народа - и рухнут […]»45
 
Началась Первая мировая или (как принято было именовать ее в добольшевицкой России) Великая война. Уже 24 октября 1914 г. состоялось заседание духовенства градо-Благовещенских церквей под председательством епископа Евгения (Зернова) по вопросу о своем личном участии в деле пожертвования на раненых и по вопросу о приходской помощи семьям призванных в ряды армии. Городское духовенство отчисляло 2% от содержания своего на нужды войны. В приходах Благовещенска образовывались специальные попечительства, которые изыскивали необходимые средства и ежемесячно представляли сведения о нуждах семейств лиц, призванных на войну, и о размерах выдаваемых им пособий. Центральным учреждением по координации совместных действий стал Совет Благотворительного Православного Братства Пресвятыя Богородицы 46. В сентябре 1915 г. по инициативе епископа Евгения в Благовещенске был учрежден Епархиальный комитет по устройству быта беженцев, председателем коего избрали о.Н. Вознесенского 47.
 
«Едва ли найдется во всей мировой истории еще такие два-три года, в которые колесо истории повернулось бы настолько заметно и круто, как в переживаемые нами дни великой борьбы […], - писал о. Николай Вознесенский. - Для России во всей ее тысячелетней истории - это дни перелома, пора, когда на весах положена вся историческая роль ее, как мировой державы и как оплота Православия во всех сторонах ее жизни» 48. Насущнейшей потребностью времени он считал не изменение форм церковной организации, а нравственное оздоровление приходской жизни через оживление деятельности братств. «[…]но где же набрать, из кого составить нам, в наших разбросанных или малоцерковных приходах, такие идеальные братства? Ведь у нас и людей-то таких нет: во всем приходе не наберешь их и двух десятков» 49, - сокрушался о. Николай, созерцая вокруг грубость, невежество, низменные пороки и стремления своей паствы. «Как прерывиста как тонка и неосязаема та нить, которою прикрепляем мы себя к Святой нашей Церкви. Все мы больше лишь временами в ней присутствуем, знаменем ее прикрываемся, свет ее, моления и жизнь только наблюдаем, а то и критикуем: сами же в этой жизни почти не участвуем, живыми и деятельными ее членами и работниками быть не хотим, о том и не думаем. И дошло до того, что тот, кто только к службам Церкви - в храмы ее ходит, да раз в 100 дней еще добрые обычаи или требы принимает и выполняет, уже считается у нас «хорошим прихожанином» и почти «церковным «человеком» 50.
 
Наблюдая это, о. Николай поднимал вопрос о восстановлении древне-церковной дисциплины «прежде всего в отношении к особенно соблазнительным, явным и грубым порокам». Первой неотложной задачей современной жизни русской он считал отрезвление народа и просвещение его. Необходимы внебогослужебные чтения, ежевоскресные братские собрания, чтобы не замирала осмысленная, идейная церковная жизнь. Впоследствии вспоминая об этом периоде жизни, о. Николай замечал, что «довольно много» за все это время он «учил и говорил». И напоминал при этом слова преподобного Серафима, указывавшего, что «учить других - так же нетрудно, как камни сносить иль сбрасывать с колокольни. А вот - самому на деле исполнять то, чему учишь - так же трудно, как эти камни носить на колокольню» 51. Согласно его признанию, только революция заставила его «несколько серьезней и ответственней относиться к своему служению и своей работе», когда он, потрясенный до душевных глубин «полным, разволнованным сердцем воспринял ответственность за соблазн и гибель многих «малых сих» […]. И болезнь и страдания родного народа, а за ними горести и потрясения в самой Церкви, […] начали восприниматься искренно» 52.
 
4. В ХарБине
 
1 июня 1920 года о. Николай Вознесенский был назначен «на 2-е священническое место собора г. Харбина» 53. Уже в следующем году выходит двумя изданиями его учебник «История русской церкви» 54. Еще год спустя о. Николай опубликовал новую книгу «История православной христианской церкви. От основания Церкви до разделения Церквей в 1054 г.»55.
 
Указом Высшего Русского Церковного Управления заграницей - Российского Архиерейского Заграничного Синода от 16/29 марта 1922 г. за № 205 и с благословения Патриарха Тихона учреждалась временно «в пределах полосы отчуждения Китайской Восточной ж[елезной] д[ороги] самостоятельная Епископия с кафедрой в г. Харбине» 56. Торжественное открытие епархии состоялось 14/27 сентября 1922 г. при 28 церквах; три года спустя насчитывалось уже более 40 приходов и два монастыря - мужской и женский57.
 
Здесь, в Харбине, в совершенно особых условиях русско-маньчжурского города, который «ни в какой мере не видал большевизма», протекает работа о. Николая по изысканию возможностей к оказанию помощи бесчисленным русским беженцам. Один из очевидцев тех событий отмечал в своей корреспонденции огромный «наплыв русских военных из Манджурии [sic!]» и появление новой волны беженцев «не только из Забайкалья, но и с линии Кит[айской] дороги». Согласно этому свидетельству особенно тяжело было «положение появившихся в Харбине детей-сирот. По инициативе Иверского братства все приходские советы объединились и организуют сборы одежды и средств на приют»58. Служение это заметно осложнялось тем, что в Харбине, «в самой буржуазной обстановке «манджурца« культивируются симпатии к большевизму» 59.
 
В 1923 году о. Н. Вознесенского назначают настоятелем Свято-Иверской Церкви на Офицерской улице г. Харбина60, построенной в 1908 г. на средства, собранные среди чинов Заамурского Военного округа Пограничной Стражи61. Внутри храма на колоннах начертаны были имена русских воинов заамурцев пограничников, «живот свой положивших на поле брани за Веру, Царя и Отечество»62. «В дни беженства устроены были два придела: правый в честь Пр. Серафима Саровского и левый - Св. Николая. Фресковая живопись исполнена была в 1918 г. […]»63. Главной святыней храма являлся Иверский образ Божией Матери.
С 1934 г. при Иверском храме открыта была бесплатная «Серафимовская столовая» с четырьмя приютами для бедных, сирот и престарелых, помещавшаяся в отдельном большом одноэтажном здании и отпускавшая в год до 150 000 обедов64.
 
В Харбине продолжилась и литературно-издательская деятельность о. Николая Вознесенского. В 1925-1926 гг. под его редакцией выходил нравственно-церковный журнал «Вера и Жизнь»65, печатавшийся в Софийской приходской типографии. В журнале публиковалась хроника церковной жизни Харбинской епархии, статьи по истории епархии и церковно-нравственного содержания, в числе последних интереснейшая статья архиепископа Мефодия «О знамении обновления святых икон»66.
 
Важнейшим этапом служения о. Николая в эмиграции стала его преподавательская деятельность. До начала 1925 г. он преподавал Закон Божий в Коммерческом училище Китайской восточной железной дороги, одном из лучших учебных учреждений Харбина. В октябре 1924 г. китайское правительство подписало договор с Советской властью и передало ей КВЖД. Появление большевиков в управлении КВЖД естественно отразилось на жизни всей полосы отчуждения и самой Харбинской епархии. Уже в начале 1925 г. было отменено преподавание Закона Божия в учебных заведениях Харбина, встала необходимость организации специальных лекций или курсов по богословию для молодежи, дабы создать противовес той атеистической пропаганде, которую несла с собой новая советская школа, усиленно насаждаемая отныне.
 
В октябре 1927 года по инициативе о. Н. Вознесенского и выпускницы Киевской консерватории Г. Г. Барановой-Поповой при Иверском храме города Харбина открыты были Музыкальные курсы - «специальное учебное заведение, открытое с целью дать серьезное музыкальное образование, главным образом, русской эмигрантской молодежи, за доступную плату» 67. В классах рояля, сольного пения, скрипки и открытых впоследствии классах виолончели, хоровом, церковного пения и регентском обучалось от 65 человек (в год открытия курсов) до 110 в 1929-1930 учебном году. В течение 14-летнего их существования учредитель и председатель правления курсов владыка Димитрий «почти не пропускал ни одного публичного концерта, бывал всегда на школьных праздниках и даже на закрытых концертах» 68.
 
В 1928 г. в Харбине при ближайшем участии о. Н. Вознесенского открыты были Богословские курсы, просуществовавшие около шести с половиной лет до лета 1934 г. «Небольшая полуподвальная комната Иверского храма, большой стол, простые скамьи - вот первоначальное здание Пастырско-Богословских курсов., - вспоминал читавший церковную историю Е. Н. Сумароков. - Слушателей не более 20 человек, как правило - все уже пожилые люди, но среди них и несколько юношей. […] Так началось дело богословского образования. Инициативу в этом направлении проявил протоиерей о. Николай Вознесенский - теперь епископ Димитрий - с группой лиц, сочувствующих идее и разделивших первоначальные труды. […] Для слушателей были признаны обязательными ценз не менее 6 классов гимназии, установлены были ежегодные экзамены, программа курсов и преподаватели утверждались Архиерейским Заграничным синодом. […] Длительность каждого курса продолжалась в нормальный учебный год: начало года падало на сентябрь и конец на июнь, с обычными праздничными перерывами. Слушатели курсов призывались в праздничные дни к богослужениям, в которые они читали и пели. […] Как на особенность, нужно указать на необычайно повышенный интерес к изучаемым предметам» 69. Позже Курсы размещались в здании 1-й Харбинской частной гимназии, директором которой был В. Д. Беляев. Бессменным заведующим курсами стал протоиерей о. Н. Вознесенский, а Инспектором протоиерей о. А. Пономарев. Среди выпускников первого курса числился и сын о. Н. Вознесенского - Г. Н. Вознесенский, окончивший курсы по первому разряду; в числе прочих были также иеромонах Нафанаил (Львов) - сын бывшего обер-прокурора Св. Синода В. Н. Львова, иеромонах Иннокентий (Мельников), К. Г. Иогель, Г. Н. Лукин, В. В. Якушев и другие. Преподавателями курсов состояли - о. Л. Н. Викторов, Н. П. Покровский, Н. В. Борзов и А. Д. Лифантьев. Курсы приравнивались к Духовной Семинарии, на них преподавались все те научные дисциплины, какие были в богословских классах дореволюционных семинарий 70. 29 августа 1934 года Курсы закрылись, просуществовав 6 1/2 лет с 27/9 февраля 1928 года71, и были преобразованы в Богословский факультет Инсититута св. Владимира, открытый в августе 1934 г. Прот. Аристарх Пономарев, архим. Василий (Павловский) и профессор Политихнического института Д. А. Борейко «заручившись поддержкой некоторых представителей ниппонской власти» исхлопотали «учреждение в Харбине высшей русской школы, под покровом Православной церкви, под именем Института св. Владимира, в составе трех факультетов: Политехнического […], Восточно-Экономического […] и Богословского с деканом о. Архим. Василием»72.
 
В деятельности нового высшего учебного заведения самое активное участие принимал и о.Н.Ф. Вознесенский, но уже в сане епископа…
 
1931 год принес в жизнь русских обитателей Маньчжурии множество перемен, в целом достаточно благоприятных. 18 сентября 1931 года японская армия начала военные действия на территории Китая, а 5 февраля 1932 года вступила в Харбин. 29 февраля было провозглашено создание независимого от Китая Монголо-Маньчжурского государства, верховным правителем которого стал Император Пу И. Это событие, положившее конец многочисленным безнаказанным бесчинствам Красной армии на территории Маньчжурии, русская эмиграция встретила с подлинным ликованием.
 
В 1931 году отошли ко Господу два наиболее известных церковных деятеля русского Китая - митрополиты Иннокентий (Фигуровский, † 15/28 июня 1931) Пекинский и Китайский 33 года управлявший Пекинской миссией и Мефодий (Герасимов, † 15/28 марта 1931) Харбинский, эвакуировавшийся в Маньчжурию в 1919 году.
 
По кончине последнего Харбинскую епархию возглавил архиепископ Мелетий (Заборовский, † 24 марта/6 апреля 1946), уже занимавший эту кафедру в 1920 году, а в 1930 возведенный Архиерейским Синодом в сан архиепископа Забайкальского и Нерчинского.
 
На место же митрополита Мефодия назначен был его заместитель, епископ Харбинский Симон (Виноградов), занимавший в 1919-1922 гг. Шанхайскую кафедру. Он стал руководителем Пекинской Миссии с 26 июня 1931 года.
Несколько особняком держался основатель Дома милосердия и трудолюбия и известный писатель епископ Камчатский и Петропавловский Нестор (Анисимов, 4 ноября 1962). Лишь в 1945 году, уже Патриархом Алексеем, он был назначен на оказавшуюся в сфере влияния Москвы Харбинскую кафедру.
 
Начиная с 1932 года для Дальневосточных епархий Зарубежной русской Церкви хиротонисаны были несколько новых архиереев, которым суждено было стать свидетелями прекращения русской церковной работы в Китае и Маньчжурии.
 
6 ноября 1932 года во епископа Шанхайского был хиротонисан архимандрит Виктор (Святин, † 18 сентября 1966), занявший пост Начальника Пекинской Миссии после кончины великого аскета и праведника, владыки Симона (Виноградова, † 11/24 февраля 1933).
 
3 июня 1934 года хиротонисан был митрополитом Антонием (Храповицким) во епископа Шанхайского архимандрит Иоанн (Максимович, † 2 июля 1966), прославленный ныне в лике Святых.
В тот же день, но не в Сербии, а в Харбине архиерейской хиротонии сподобился и архимандрит Димитрий (Николай Вознесенский)…
 
Архиепископ Нафанаил (Львов, † 1986) оставил очень живые воспоминания, о некоторых обстоятельствах, предшествовавших постригу прот. Николая Вознесенского: «О. Николай Вознесенский собирался принять монашество. Другой харбинский протоиерей, о. Петр, дружный с о. Николаем, писал об этом архиепископу Нестору в скрыто-благоговейном, а внешне шутливом и насмешливом тоне. Владыка Нестор приказал мне прочитать это письмо пред митрополитом Антонием. Мы с владыкой Нестором, конечно, тоже видели благоговение сквозь насмешку в письме о. Петра, но мы не ожидали, как воспримет это митр. Антоний.
 
О. Петр писал: «О. Николай уходит в монахи. Туда ему и дорога. Какой от него толк: он все молится, да молится. Вот недавно я был у него. Отслужили вместе всенощную. Помолились. Я правило прочитал. Всегда читаю. Лет спать. А он все молится. Я поспал, проснулся - он молится. Я опять заснул, опять проснулся. Он все молится. Говорю ему: «О. Николай, а о. Николай, ты когда ж спать-то будешь?» Не слышит - молится. Ну какой же от него толк?! Туда ему и дорога - в монахи…»
 
Вдруг владыка Антоний положил голову на руки и громко заплакал.
- А я и не знал, что отец Николай такой молитвенник, - повторял он, всхлипывая. - Не знал. Спаси его Господь, спаси его Господь»73.
 
Пострижение о. Николая во иноческий чин состоялось 24 сентября 1933 года74, а 25 сентября он был возведен в сан архимандрита. Еще ранее 1/14 января 1929 года после награждения о. Николая Вознесенского митрой на всенощном бдении в Иверском храме епископ Мелетий (Заборовский) «высказал доброе пожелание скоро видеть о. Николая монахом, а затем и в сане епископа»75.
1 марта 1934 года государство Маньчжоу-Го было провозглашего Маньчжурской империей, коронация Императора Пу И состоялась 10 мая.
 
21 мая/2 июня 1934 г. в Иверском храме города Харбина о. архимандрит Димитрий был наречен, а 22 мая/3 июня в Кафедральном Свято-Николаевском соборе хиротонисан во епископа Хайларского (вновь учрежденного викариатства), викария Харбинской епархии с оставлением его настоятелем Иверской церкви76. В Слове, сказанном о. Димитрием при наречении, он дает искусный анализ не только всей своей жизни с самых первых лет ее, но и обрисовывает всю эпоху, сформировавшую его поколение, на долю коего выпали столь необычайные и такие страшные испытания…
 
Тексты «Слов», произносимых поставляемыми в епископы, представляют собою совершенно особый, достаточно редкий жанр православной письменности. В их ряду «Слово» о. Димитрия является совершенно исключительным по простоте, образности и информативности о личности поставляемого. Его мы приводим в приложении к настоящей статье…
 
Чин наречения и хиротонии совершен был архиепископом Харбинским и Маньчжурским Мелетием (Заборовским), архиепископом Камчатским и Петропавловским Нестором (Анисимовым) и епископом Пекинским и Китайским Виктором (Святиным), начальником Китайской духовной миссии77.
Продолжение следует
 
23. В 1911 году исполнялось 25 лет деятельности братства, которое скромно отмечалось 25 марта в здании Соборной школы. Протоиерей Н. Ф. Вознесенский зачитал отчет и представил исторический очерк деятельности Братства. См.: Отчет о деятельности Благовещенского Православного Братства Пресвятыя Богородицы за 1910-1911 год // Благовещенские епархиальные ведомости. 1911. № 15, 1 августа. С. 252-261; № 16-17, 15 августа и 1 сентября. С. 314-328; Отчет за 1911-1912 год // Благовещенские епархиальные ведомости. 1913, № 1, 1 января. С. 2-16; № 2-3, 15 января и 1 февраля. С. 20-21.
24. Благовещенские епархиальные ведомости. 1909. № 16-17, 1 сентября-1 ноября. С. 169.
25. Там же. 1911. № 4-5, 15 февраля-15 марта. С. 84.
26. Там же. 1912. № 3-4, 1-15 февраля. Отказ от редакторства, по-видимому, был вызван конфликтом с работниками типографии, где печатались «Ведомости». Из-за забастовки работников типографии произошла задержка с выходом первых номеров издания.
27. Там же. 1909. № 20, 18 декабря. С. 297.
28. «Христианская благотворительность в условиях нашего времени». Харьков, 1909. С. 56. Первоначально опубликована в харьковском журнале «Вера и разум». 1909. № 13-14.
29. В пользу Благовещенского братства Пресвятой Богородицы. Благовещенск, 1910. (В Российской Национальной библиотеке сохраняется экземпляр с автографом автора: «В редакцию уважаемого журнала «Церковный вестник«. 16. &акфс12;III. 1910». Книга отмечена штемпелем библиотеки СПБДА и сохранила на титульном листе прежний шифр: Д-3516. На стр. 3 сделана запись, возможно принадлежащая автору: «Со сокращениями [ышс!], читано на религиозно-нравственных чтениях для интеллигенции в г. Благовещенске [далее часть текста и даты обрезаны при переплете] февраля 1910 года».
30. Благовещенские епархиальные ведомости. 1911. № 3-4, 1-15 февраля. С. 75.
31. Отчет Благовещенского Православного Братства Пресвятыя Богородицы // Благовещенские епархиальные ведомости. 1915. № 4, 15 февраля. С. 111.
32. См.: № 1. С.4-19; № 3. С. 59-69; № 4. С. 91-98; № 5. С. 137-144; № 6. С. 181-186; № 8. С. 211-220; № 9. С. 245-259; № 11. С. 297-305; № 12. С. 327-333; №13. С. 350-357; № 14. С. 376-384; № 15. 405-421; № 17. С. 457-464; № 18. С. 487-499; № 19. С. 517-532; № 20. С. 549-560; № 21. С. 573-587; № 22. С. 601-616; № 24. С. 657-667.
33. Там же. № 1. С. 5, 6.
34. Перепечатка статьи из «Рижских епархиальных ведомостей» // Благовещенские епархиальные ведомости. 1911. № 2, 15 февраля. С. 35-40.
35. Там же. С. 40.
36. П. В. Слово, произнесенное в день Тезоименитства Его Императорского Высочества, Наследника Цесаревича и Великого Князя Алексия Николаевича (5 октября 1910 г.) // Благовещенские епархиальные ведомости». 1910. № 19-20, 15 октября-1 ноября. С. 275-279.
37. Там же. С. 277, 278-279.
38. Слово на день 19 февраля 1911 года. По случаю исполнившегося пятидесятилетия со дня освобождения крестьян от крепостной зависимости // Там же. 1911. № 5, 1 марта. Отдел неофициальный. С. 86-89.
39. Там же. С. 89.
40. Там же. 1910. № 23-24, 15 декабря.
41. См.: Отчет за первый год существования // Там же. 1912. № 1-2, 1-15 января. С. 1-9.
42. От причта и церковного старосты Благовещенского Кафедрального собора // Там же. 1912. № 1-2, 1-15 января.
С. 12-15.
43. Новый епископ Евгений прибыл в Благовещенск 18 сентября в 11 часов ночи поездом железной дороги и 19 сентября вступил в исполнение своих обязанностей // Там же.1914. № 18, 15 сентября. Извещение на отдельном листе.
44. Прощание духовенства и паствы Благовещенской епархии с преосвященным Евгением, назначенным епископом Костромским и Галичским // Там же. № 16-17, 15 августа и 1 сентября С. 208-210.
45. Там же.
46. См.: Вознесенский, прот. Н. О задачах и целях деятельности Братства Пресвятыя Богородицы // Там же. 1915. № 2, 15 января. С. 37-46.
47. Там же. 1915. № 19, 15 октября. С. 151.
48. Вознесенский, прот. Н. Речь в годичном собрании членов Благовещенского Отдела Императорского Православного Палестинского Общества // Там же. 1916. № 19-20, 1-15 октября. С. 211. С 1 сентября 1915 г. о. Николай состоял делопроизводителем Благовещенского Отдела Императорского Православного Палестинского Общества.
49. Вознесенский, прот. Н. О задачах и целях деятельности Братства Пресвятыя Богородицы // Там же. 1915. № 2, 15 января. С. 43.
50. Там же. С. 41.
51. «Слово о. Архимандрита Димитрия при наречении его во епископа Хайларского» // Хлеб Небесный. 1934. № 7. С. 16.
52. Там же. С. 17.
53. Преосвященный Димитрий, Епископ Хайларский // Церковная жизнь. 1940. № 8. С. 122.
54. Харбин, 1921. Эти издания вышли с подзаголовками: Учебник 5-го класса и Учебник для 6 класса гимназий и 3 класса высших начальных училищ. 118|I&акфс12;.
55. Составил Н. Вознесенский по учебнику Дм. Дмитриевского. Харбин, 1922. 109|II с.
56. Сведения о Харбинской Епархии // Православный настольный календарь на 1929 г. Харбин. С. 40. См. также: Онипкин, прот. А. Краткие исторические сведения о церковной жизни в полосе отчуждения Кит. Вост. жел. дороги // Вера и Жизнь (Харбин). 1925. № 4. С. 55-64; П. Н. В. Плюсы и минусы Харбинской нравственно-церковной жизни // Там же. № 4. С. 64-77; № 6-7. С. 79-88.
57. Сведения о Харбинской Епархии // Православный настольный календарь на 1929 г. Харбин. С. 40.
58. Жизнь в Харбине. Беженцы. [Сведения за декабрь 1920] // Руль (Берлин). 1921. № 63, 1 февраля (19 января). С. 4.
59. Там же.
60. До этого, со дня основания храма в 1907 г., настоятелем состоял протоиерей С. Д. Брадучан. Об Иверским храме см.: Иверский Е. В Иверском приходе // Хлеб Небесный. 1939. № 11. С. 71-76; здесь же помещена и фотография храма.
61. Храм был заложен 27 мая 1907 г., 3 июня 1908 г. освящен малым освящением. В 1916 г. расписан и вновь освящен архиепископом Владивостокским Евсевием (Никольским, †1922) и викарным епископом Никольско-Уссурийским Павлом (Ивановским, †1919). Строительство каменного храма обошлось в 60 тысяч рублей…
62. Обзор состояния Харбинской епархии на 1 октября 1939 г. // Хлеб Небесный. 1939. № 10. С. 83.
63. Иверский Е. В Иверском приходе… С. 72. На С. 73 - групповая фотография членов приходского совета во главе с епископом Димитрием.
64. Там же. С. 75. Здесь же - фотография здания Серафимовской столовой.
65. Всего вышло 11 номеров, в 1925 № 1-7 и в 1926 № 1-4.
66. Мефодий, архиепископ. О знамении обновления святых икон // Вера и жизнь. 1925. № 4, июнь. С. 1-31. № 6-7, август-сенябрь. С. 1-28; (29)-(70).
67. Сумароков Е. Н. Харбинская епархия в прошлом и настоящем // Хлеб Небесный. 1942. №. 6. С. 31.
68. Там же. С. 32, 33.
69. Сумароков Е. Н. Харбинская епархия в прошлом и настоящем // Хлеб Небесный. 1942. №. 5. С. 34-35.
70. Первый выпуск Харбинских Богословских Курсов // Хлеб Небесный. 1931. № 10, 1-31 октября. С. 31-32. Здесь же (С. 31) помещена фотография группы выпускников и преподавателей.
71. Сумароков Е. Н. Харбинская епархия в прошлом и настоящем // Хлеб Небесный. 1942. №. 5. С. 36.
72. Там же.
73. Нафанаил (Львов), архиепископ. Беседы о Священном Писании и о вере и Церкви. Т. III. Н.-Й. 1992. С. 81.
74. Е. Н. Сумароков называет датою пострига 20 сентября 1933 г. См.: Сумароков Е. Н. Харбинская епархия в прошлом и настоящем (Открытие викариатства в Харбинской епархии) // Хлеб Небесный. 1942. №. 6. С. 34.
75. Два церковных торжества // Хлеб Небесный. 1929. № 2. С. 28-29.
76. Сообщение о предстоящем торжестве было помещено в июньском номере журнала «Хлеб Небесный». Здесь же названы духовники о. Димитрия - архимандриты Ювеналий (Килин) и Арсений. См. Наречение и хиротония во епископа о. Архимандрита Димитрия // Хлеб Небесный. 1934. № 6, 1-30 июня. С. 30.
77. Там же.
Опубликовано: 12.12.2006
Обновлено: 12.05.2013